На санскрите имя величайшей реки Индии звучит как Ганга. Для индуса Ганга — мать всех рек, место проведения главных религиозных ритуалов, сакральный поток, текущий из мира проявленного в реальность невидимую.
Мифология
Более привычное для русского слуха название Ганг овеяно бесчисленными легендами. Древние сказания насыщены историями из жизни богов и людей, будто бы вплетенными в водную стихию Ганга. Само появление реки случилось в разгар божественных разногласий, в результате которых миру суждено было исчезнуть под лавиной воды новорожденного Ганга, но, к счастью, вмешался разноликий бог Шива, которому стало жаль прекрасную землю со всем ее населением, и героически подставил свою голову под смертоносный поток. Ганг разбился на множество ручьев, речушек и рек, стекающих по локонам Шивы. Впрочем, окончательно спасти землю от разрушительных наводнений не удалось: ежегодно в Бенгалии в дельте Ганга и Брахмапутры тысячи людей страдают во время муссонных паводков.
Надо сказать, что в Индии вопрос везения подчас имеет двойственную натуру. Все зависит от того, как посмотреть на происходящее с вами. Подобно бесконечному калейдоскопу перерождений и смены масок у одних и тех же персонажей индуистского пантеона богов, все, что с вами здесь происходит, имеет множество значений. Сиюминутное огорчение или неудобство могут сулить столько новых открытий, что сожаления тают как дым. Вот и нас порой огорчала бездарность местного турагентства, которому мы доверили бронирование билетов, гостиниц и всего, что связано с перемещением по стране. Но, осыпая проклятиями хитрого агента Мустафу, мы и не заметили, что погрузились в индийский образ жизни глубже, чем истовый паломник в воды Ганга. Наверное, надо было сказать ему спасибо. Не прошло и суток, как местные авиалинии перенесли нас в один из самых грязных и опасных городов планеты. Во всяком случае у Калькутты именно такая репутация. Но пять дней, проведенных в столице Восточной Бенгалии, напрочь развеяли неприглядный миф.
Калькутта
Город стоит на реке Хугли, это один из рукавов Ганга. Именно здесь великая река то принимает в себя мощные притоки, то разделяется на рукава, чтобы, слившись с Брахмапутрой, впасть в Бенгальский залив. На общественном пароме можно пройти по большой воде от берега к берегу, прочувствовав всю мощь старой и современной Калькутты. Только в этом городе остались люди-рикши. Истребить их как класс не удается уже нескольким правительственным кабинетам — профсоюз рикш упорно ведет борьбу за сохранение своего неблагодарного труда.
Калькутта — это колониальная столица Индии, с роскошными дворцами и парками, с прекрасными образцами викторианской и храмовой архитектуры, с музеями, где собраны богатейшие коллекции. А какое потрясающее зрелище представляет собой самый большой в Индии цветочный рынок! Над рынком в темноте зимней горячей ночи парит один из лучших ресторанов Калькутты. Он расположен на крыше, и слуху еще доступны отголоски затихающей ночной жизни азиатского мегаполиса.
Птичий язык
В Калькутте собраны достопримечательности на любой вкус. Среди них — грандиозный Мраморный дворец. Посетить его стоит хотя бы потому, что содержимое этого сказочного замка заставит зарыдать любителя европейского искусства. Коллекцию живописи, графики и скульптуры в исполнении европейских мастеров собрал один замечательный парень. Его преклонение перед европейским искусством достойно всяческого уважения, но вся экспозиция музея представляет сплошной анекдот. Пышногрудые лавочницы соперничают по безвкусице с полусотней Наполеонов, выполненных в различной технике, мощные Елизаветы с Викториями соседствуют с гигантскими вазами из Китая и Рубенсом, чье полотно так прокоптилось под потолком на лестнице, что не каждый эксперт взялся бы подтвердить подлинность картины. Мы восхищались бессмысленным подбором предметов в полном одиночестве. Кроме охранника, который зажигал лампочки и тыкал нас в очередного Наполеона, во дворце никого не было. И вдруг дикий крик огласил мраморную галерею. Душераздирающий вопль повторялся, а «гид» странным образом растаял среди полу голых нимф. Скатившись по лестнице и побежав на звук, мы обнаружили во внутреннем дворе большую клетку с истошно орущим попугаем. Когда-то он был белым или розовым и у него был хвост, а сейчас его поливали гнусной зеленой жидкостью, лечили от чего-то. Бедняга метался и молил, чтобы его оставили в покое. Тут же откуда ни возьмись выстроились люди в униформе, как в кино, где слуги встречают хозяина после долгого отъезда. Мы стояли в полной растерянности, зеленый попугай затих. Униформисты просто хотели денег и терпеливо ждали, когда же мы их дадим.
Кстати, в Калькутте в публичных местах не разрешается фотографировать. Мосты и все вокруг реки считается стратегическим объектом (нас чуть не арестовали за съемку торговца редиской, который пристроился возле опоры моста). Но, что особенно странно, нельзя снимать храмы внутри и снаружи и даже собственные рваные сандалии на их пороге.
Бенарес
Индуисты убеждены, что вода Ганга безупречно чиста, никогда не портится, обладает лечебными свойствами и способна принести верующему вечное блаженство. Чтобы свести к нулю шансы стать после реинкарнации каким-нибудь несимпатичным зверем, индус готов на все: воду Ганга пить, всего себя в реке мыть, зубы чистить, пепел от кремации над Гангом веять, жертвоприношениями всю реку усеять и так далее. Особенно полезно все это проделывать не в одиночку, а многомиллионным коллективом.
На семь километров вдоль берега растянулись кхаты — ступени для ритуальных омовений. Они пригодны и для бытовых нужд — стирки и помывки. Для кремации отведены специальные кхаты, а святые люди садху удостоены особой чести: после смерти их просто кидают в реку. Посмотреть на театрализованное банно-прачечное хозяйство стекаются туристы со всего света. Вооружившись камерами, они плывут целыми караванами на лодках. Что же делать в Бенаресе по вечерам, когда ритуальные факелы и вдовьи фонарики уже не бросают блики на воды великого Ганга? Газеты полны объявлений, что в такой-то школе по обучению игры на ситаре проводится концерт и мастер-класс. Всего за три доллара? Ура! Если вы держали в руках гитару, то есть шанс освоить и ситар. В сущности, это родственные инструменты, различающиеся только эмоциональной сверхзадачей. Гитара будоражит, волнует, ситар же умиротворяет постоянным возвратом к исходной точке, обещая звуками своими ток времени вечный. Когда пьеса обрывается на полуфразе, слушатели уже достаточно утомлены и способны осознать, что конец концерта есть награда и избавление.
Камаули
Индийская деревня — совсем не туристическое место. Весь народ, что не был в поле, при нашем появлении сбежался посмотреть голодными глазами на невиданных гостей. Деревенские жители, даже дети, доброжелательны. Они просто не знают, что можно клянчить деньги, приставать с дурацкими предложениями и всячески досаждать, вопя и размахивая руками. В деревне очень чисто, улицы тщательно выметены, даже озеро выглядит голубым. В домах, где почти нет мебели, прохладно и приятно. Индийская деревня настолько консервативна, что и сегодня в ней можно увидеть те же картины, что рисовались европейским путешественникам и век, и два тому назад. Там вручную обмолачивают рис, тут — ткут сари. Есть свой кузнец, учитель, врач, кожевенник и брадобрей. Может быть даже доморощенный факир. Когда по округе разнеслись звуки барабанов и флейт, то все потянулись в рыбацкую деревню — там проходил Праздник Новой Лодки. Это событие решено было отметить с размахом: наемные музыканты и танцоры, сменяя друг друга, впадали в настоящее буйство. На маленькой деревенской площади стояла Новая Лодка, ее бока влажно блестели от смолы, вся она была украшена гирляндами. Помолившись мужчины подхватили красавицу и понесли к Гангу. Вот это была комедия: носильщики не рассчитали, что габариты лодки никак не вписываются в тесные проулки и при каждом повороте она будет застревать. Наконец нос суденышка распорол священную воду. Как почетные гости, мы были должны погрузиться на корму и проплыть три ритуальных круга, а после отведать обильное угощение. Праздник у нас определенно удался.
Лакнау
В Лакнау практически не заезжают иностранные туристы, но это интереснейшее место. Во-первых, этот город — столица самого густонаселенного штата Уттар-Прадеш. А во-вторых, здесь в Ганг впадает один из крупнейших притоков — река Гомти. Возносясь по эстакаде над каменным потоком, можно догадаться, что ближе к лету воды Гомти разольются до горизонта.
Лакнау знаменит потрясающей архитектурой имамбар, то есть мечетей, представляющих собой пик развития мусульманского зодчества. Ничего похожего нет нигде в мире, особенно роскошна необозримая Бара Имамбара. Кроме того, Лакнау навсегда вошел в историю Индии как символ борьбы за независимость. Поднявший восстание народ бросился в атаку на мощный форт, где обосновались уверенные в своей силе колонизаторы. Осажденный форт и его обитатели — англичане с женами, детьми и прислугой — выказали настоящий героизм во вре мя многомесячной осады. Форт был разгромлен, практически все защитники погибли, но среди победителей нашлись умные люди, которые сохранили форт как памятник мужеству белых людей. И никому не пришло в голову переписывать эту прекрасную и печальную страницу истории.
Лакнау город деловой. Здесь иностранец — не праздный турист, а партнер и коммерсант. Это значит, что никто к вам не пристает, не несет обычную ахинею и не заманивает в магазин с никчемным барахлом. Город славится превосходными кебабами, здесь процветают
китайские рестораны и европейские кофейни. Нам необычайно повезло в том, что мы оказались в нужное время в нужном месте. Со всех сторон доносился шум и гром: шла подготовка к самому яркому индийскому празднику — Дивали. Идея справлять что-то вроде Рождества в конце ноября имеет сложную подоплеку. Трудно объяснить, как начался самый яростный в Индии шопинг. Подарки скупают на миллионы долларов, начиная безумно дорогими сари и заканчивая ключами от иномарок, но самый блеск — дарить драгоценности. Поскольку в Лакнау сосредоточилась административная элита, товары здесь очень качественные и продаются по реальным ценам. По этой же причине горожане любят пригородную зону: гольф-клубы и прочие Лакнау-Рублевка-лайф. Попасть на элитную вечеринку в закрытом клубе в праздничную ночь почти невероятно, но все же
возможно.
Харидвар и Ришекеш
Трудно представить Ганг прозрачным и голубым, но он бывает и таким. Река несется так неистово, что купальщики в священном городе Харидвар держатся за цепи, вмонтированные в гранит набережной. С точки зрения индийца, вода здесь слишком холодна, поэтому индийцы не выказывают такого религиозного рвения, как на равнине, где могут плескаться в шоколадной жиже часами. С приближением темноты паломники стекаются к воде и размещаются вдоль стремнины. Вспыхивает высокое пламя в руках жрецов, и верующие опускают в поток плошки с цветами и огоньками. Чем дальше приношение проплывет, не потонув в водовороте, тем благосклоннее будут боги. Город окрашен в розовый цвет и на закате, омытый голубыми водами, удивительно красив. Харидвар и Ришекеш находятся в строго вегетарианской зоне. Даже помечтать о курице и яйце здесь считается дурным тоном. Это касается и любого спиртного. Вообразите дорогой ресторан с вышколенными половыми и изящным метрдотелем, с хрустом столового белья и блеском хрустальной посуды, где вам подают на первое, второе и третье весь богатый коровий рацион.
К истокам
Мы должны добраться до Ганготри, к самому истоку. Для этого предстоит штурмовать горы на автобусе, потом на лошадях, но, увы, для финального броска стоит слишком теплая, совсем неподходящая погода, из-за которой туман и опасность схода селевых потоков. В Гималаях это весомый аргумент. Время кончилось, закончился и этот рассказ.
От гималайских вершин до жарких объятий океана несут воды великой реки молитвы и дары миллионов верующих. Тысячи лет люди стремятся на берега Ганга, чтобы смыть грехи и обрести освобождение. Обряды и ритуалы, связанные с Гангом, поражают воображение своей красотой Искренняя, живая вера бесконечным потоком вливается в реку. Неужели благоговение перед Гангом не спасет его? Обремененная тысячелетней историей, сегодняшняя
Индия как будто только родилась. Все обновляется, меняется и кипит надеждами. А Ганг? Он так и будет стареть и умирать? Надеемся, что в новейшей истории Индии появится глава об умных людях с трезвыми головами, которые собрались вместе и решительно вернули Гангу прежнюю чистую воду и дали новую жизнь.
текст ОЛЬГА ЕРЕМИНА
фото АЛЕКСАНДРА ФИЛАТОВА
/ Журнал Аэрофлот 
